Внезапно это стало проблемой даже в исполнении уважаемых комментаторов. Дюмулен (Dumoulin) и Боден (Baudin) вдруг стали "Дюмуланом" и "Боданом". И даже хуже, появились "Мартан" и "Валантан", всю жизнь бывшие Мартеном и Валантеном.
Сначала вечное правило: во французской фонетике en = [an] и in = [en], если после них не идет гласная. Константен, Шопен, Ле Пен. Все всем всегда было предельно ясно и понятно.
Но с чьей-то нелегкой руки, нелегкой настолько, что нет никакого желания копаться в причинах, конечную "in" тоже стали произносить как [an]. На самом деле, более правильно сказать, что "en" и "in" стали произносить одинаково невнятно, почти как шуа, выдох воздуха.
Это правда, так действительно в недавних пор стали говорить во Франции. Но далеко не во всей Франции, а только в современном парижском диалекте, продиктованном наверняка теми же людьми, из-за которых Париж впору переименовывать в Тверь ("грязь" на грузинском, кто не знает). На юге Франции и, например, в Квебеке Мартен, к счастью, остался Мартеном.
Поэтому, друзья-комментаторы, не спешите показывать, как вы бодро идете в ногу со временем. Не любая диалектика - обязательно эволюция. Многие вещи не эволюционируют, а просто портятся.
Если же будете настаивать в прозношении Martin как "Мартан", то сказав "а", говорите и "б", то бишь, произносите Michelin как "Мишлан", а Chopin как "Шопан".
Немає коментарів:
Дописати коментар